АНДРЕЙ МИРОНОВ: НЕ ГЕРОЙ, НЕ ПРЕСТУПНИК. ЧЕЛОВЕК.
Андрей Миронов — краснодеревщик
Его руки знали, как вернуть жизнь столетнему комоду.
Как собрать дом без единого гвоздя.
Как сделать так, чтобы старое дерево задышало снова.
У него — десятки наград. Тысячи часов работы. И благотворительный фонд Романа Брянского, которому он помогал без лишних слов.
А ещё — жена с тяжёлым врождённым заболеванием суставов. И внезапно слегшие тёща с тестем.
Когда болезнь приходит в дом, она не спрашивает, есть ли у тебя деньги. Она просто ломает хребет тишиной аптек и счетами, которые растут быстрее, чем ты успеваешь дышать.
Заказов на мебель не стало. Руки мастера оказались бессильны.
И тогда Андрей принял решение, которое разделило его жизнь на «до» и «после».
Он сделал то, чего никогда не делал. То, что ненавидит всем сердцем.
Две закладки.
Дважды его руки, привыкшие к теплу дерева, коснулись холода запрещённого вещества.
Не ради яхт, не ради золота. Ради того, чтобы жена не плакала от боли. Ради того, чтобы тесть увидел внуков ещё хоть раз.
Две ошибки. Две трещины в душе, которую он так бережно хранил.
Андрей не ждал, когда его найдут.
Он пришёл сам. Сел перед сотрудниками и сказал: «Я виноват. Судите».
В его явке с повинной не было страха. Была усталость. И стыд, который оказался сильнее инстинкта самосохранения.
Сейчас он в СИЗО. Ждёт приговора.
Фонд Романа Брянского знает Андрея не как фигуранта. А как человека, который годами бесплатно восстанавливал мебель для детских домов.
Мы не оправдываем закладки. Мы не говорим, что закон не нарушен.
Но мы просим суд увидеть за двумя ошибками — пятьдесят лет честной жизни.
Увидеть человека, который не убежал. Не спрятался. Не переложил вину.
Андрей Миронов — не преступник по убеждению. Он заложник обстоятельств, который в одиночку пытался удержать небо над головой своих близких.
Мы верим, что у мастера ещё будет возможность вернуться к своему делу. Строить. Восстанавливать. Помогать.
Помогая фонду Романа Брянского, вы поможете нашей команде сопроводить Андрея в тюрьме, обеспечивая ему человеческие условия.
Правосудие должно быть справедливым. А справедливость — милосердной.